В 2022 г. писатель Кори До́ктороу ввёл термин «эншитирование» (enshittification*), который прочно и с полным правом вошёл в нашу жизнь. В его одноимённой книге 2025 г. заключительная глава называется «Вывод. Эншитирование — это просто капитализм?» [1]. Разбору этой главы и посвящена настоящая статья.

Начинается глава с «признания» Доктороу: он не является «истинно верующим в рынок», а является левым и «глубоко сомневается» в капитализме. Затем он отмечает, что существует соблазн сказать:

А чего ты ожидаешь? Капитализм всегда порождает кризисы производства. Эншитирование просто ругательный эвфеми́зм для обозначения капитализма.

Это, по Доктороу, абсолютно неверно, и далее он объясняет почему. Изложим вкратце его аргументы.

Аргументы Доктороу

Старый добрый Интернет возник при капитализме, и люди, его создававшие и управлявшие им, не были лучше нынешних. Более того, часто те же боссы, чьи компании господствуют в Интернете сегодня, руководили сервисами, которые мы когда-то любили. Будущее эншитирование не было их хитрым планом. Хозяева жизни делали своё дело всегда, но раньше их ограничивали конкуренция, регулирование, требование совместимости, а также сила и совесть IT-работников. Как только эти ограничения были устранены, эншитирование пошло легко. Таким образом, те же боссы с той же моралью и психологией делали то же самое, а результат получился совершенно различный.

Интернет важен не сам по себе, а как территория, на которой будет вестись борьба, и как средство коммуникации для организации людей. В борьбе за сохранение нашего вида и планеты нельзя победить без свободного, справедливого и открытого Интернета. Формула такого нового Интернета: старый добрый Интернет с его этикой + простота, позволяющая но́рмисам тоже присоединиться к вечеринке.

О́дри Лорд писала:

Инструментами хозяина не разобрать дом хозяина.

Она явно была неправа. Инструменты, которые использовались для постройки дома, идеально подходят для того, чтобы его разобрать и перестроить. Капитализм, каким он был 20 лет назад, создал дикий Интернет, где люди с непопулярными взглядами могли найти друг друга, предложить помощь и организоваться. Капитализм сегодняшний эншитировал Интернет. Мы можем обратить эншитирование Интернета вспять. Мы можем остановить эншитирование каждого цифрового устройства. Мы можем построить цифровую нервную систему, устойчивую к эншитированию и пригодную для координации массовых движений, которые понадобятся, чтобы бороться с фашизмом, остановить геноцид и спасти наш вид и планету.

Корпорации воспринимают вас как сырьё. Закон не может их заставить воспринимать вас иначе, но он может заставить их бояться вас настолько, что они будут относиться к вам по справедливости.

В чём Доктороу прав, а в чём — нет?

Да, капитализм породил Интернет, который какое-то время прекрасно существовал и развивался в капиталистических условиях. Совершив целый ряд переворотов в производстве, капитализм много чего породил [2, с. 427]. Но столь же верно и то, что капиталистическое производство всегда было и остаётся производством ради прибыли, т. е. производством ради производства, не ради человека [3, с. 605]; поэтому эншитирование продуктов этого производства осуществлялось всякий раз, когда это было выгодно.

Таким образом, если рассматривать эншитирование не как порчу именно онлайн-сервисов, а как ухудшение любых товаров и услуг, т. е. если рассматривать эншитирование в широком смысле этого слова, против чего не возражает сам Доктороу (см. примеч. 1 книги), то нет сомнений в том, что эншитирование сопровождало капитализм всю его историю, т. е. сопровождало его также и на первой стадии его развития, которая называется [9, с. 335] капитализмом свободной конкуренции.

Первой формой эншитирования была фальсификация, или, по остроумному выражению англичан, софистика́ция, товаров (от слова «софистика») [3, с. 260]. Вот выдержка из буржуазной газеты «Liverpool Mercury» середины XIX в.:

Солёное масло продают под видом свежего, для чего обмазывают куски солёного масла слоем свежего, или предлагают попробовать от фунта свежего масла, который лежит сверху, и после пробы отпускают солёное, или вымывают соль и продают масло как свежее. — К сахару подмешивают толчёный рис или другие дешёвые продукты и продают по цене чистого сахара. Отбросы производства, получаемые при мыловаре́нии, также смешивают с другими веществами и продают под видом сахара. К молотому кофе прибавляют цикорий и другие дешёвые продукты; бывают примеси даже и к немолотому кофе, причём подделке придаётся форма кофейных зёрен. — В какао очень часто подмешивают мелко истолчённую бурую глину, которую растирают с бараньим салом, чтобы она лучше смешивалась с настоящим какао. — В чай часто подмешивают терновый лист и тому подобный сор, или же спито́й чай высушивают, поджаривают на раскалённых медных листах, чтобы вернуть ему окраску, и продают как свежий. К перцу подмешивают стручковую пыль и т. п. Портвейн попросту фабрикуют (из красящих веществ, спирта и т. д.), потому что общеизвестно, что в одной Англии выпивается больше портвейна, чем могут дать все виноградники Португалии, а к табаку во всех формах, в которых он встречается в продаже, подмешивают разные тошнотворные вещества. [4, с. 306].

Также фальсифицировались хлеб (подробнее об этом будет ниже), мука, соль, молоко, уксус, пи́кули, шоколад, вино, водка, сукно, флане́ль, чулки, посуда, сажа, лекарства и тысячи других товаров. Французский химик Шевалье́ (1793—1879) в своей статье о «софистикациях» товаров рассматривает 600 с лишним продуктов и указывает многочисленные способы их фальсификации [3, с. 260]. Обманывали не только на качестве, но и на количестве товаров: фальсифицировались меры и весы [4, с. 307—308]. Всё это нашло отражение в газетах и медицинских журналах, статьях и книгах, отчётах и докладах различных комиссий, а также законах того времени.

Дальнейшее развитие состояло в том, что были приняты стандарты в отношении продуктов питания, что позволило продолжить фальсификацию уже на законных основаниях и ввести её, так сказать, в цивилизованные рамки. И она продолжается до сих пор. Чтобы убедиться в этом, достаточно посмотреть на состав большинства продуктов, написанный мелкими буквами. Что касается предметов широкого потребления, то в конце XX в. главную роль в их фальсификации, в силу своего тогдашнего подчинённого положения в системе империализма, стал играть Китай. Появилось даже выражение «китайская подделка». Этот ширпотреб продавался легально по всему миру. Данную форму эншитирования можно назвать легальной фальсификацией.

Количественная фальсификация тоже модернизировалась. Теперь реже обвешивают, а чаще просто уменьшают количество товара в упаковке. Несмотря на то что новое количество указывается (например, 90 вместо 100 г), покупатели, видя привычную упаковку, часто этого не замечают. Это способ скрытого повышения цен.

Другой вехой было открытие такой высокой формы эншитирования, как запланированная поломка или устаревание. Это затронуло бытовую и другую технику, программное обеспе́чение (ПО) и даже компьютерные игры.

И наконец, высшей точкой эншитирования стало эншитирование в узком смысле слова, т. е. эншитирование платформ, онлайн-сервисов и Интернета в целом. Это рассмотрено в книге Доктороу, мы на этом не останавливаемся.

Подчеркнём, что все формы эншитирования главным образом и больше всего бьют по рядовым, не богатым потребителям [4, с. 307—308].

Итак, грубыми мазками мы изобразили историю эншитирования. Был пройден долгий путь от фальсификации продуктов питания до эншитирования мировой Се́ти. На этом пути ситуация особенно усугубилась, когда в начале XX в. капитализм стал монополистическим [9, с. 315]: монопольное положение производителей облегчает им эншитирование.

Изложенное даёт нам основание рассматривать эншитирование как атрибут капитализма, т. е. то, без чего он просто не может существовать, оно для него не исключение, а правило [5][3, с. 615]. Таким образом, Доктороу неправ в том, что эншитирование коренится не в капитализме. Однако отделаться простым указанием на капитализм как причину эншитирования нельзя, так же как нельзя преодолеть представление о боге, объявив, что бога нет. Необходимо изобразить поступательное движение понятия, что мы и попытались в самых общих чертах сделать в настоящей статье.

Доктороу прав, когда говорит, что эншитирование Интернета нельзя объяснить ни злой волей капиталистов, ни порчей разработчиков. Капиталист как капиталист представляет собой лишь персонифицированный капитал. Его воля — это воля капитала [3, с. 244]. Он простой исполнитель функций капитала. И он сам, и его наёмные работники (в качестве именно наёмных работников) только колёсики в общественном механизме капитализма. Таким образом, дело действительно не в людях, а в имманентных законах капиталистического производства [3, с. 606]. Буржуазия в силу самой её природы, в силу условий её существования склонна эншитировать всякий товар [6].

Мы здесь говорим об экономических законах, и кто-то может возразить и указать, что политика и государство тоже вносят лепту в эншитирование, например заставляя платформы требовать паспортные и биометрические данные от пользователей при регистрации и т. п. И возражающий будет прав, с той лишь поправкой, что политика производна от экономики [7].

Переходим к разбору взгляда Доктороу на роль конкуренции и регулирования в сдерживании эншитирования.

Во-первых, свобода конкуренции и регулирование друг другу противоречат. Увеличение свободы требует ослабления регулирования, и, наоборот, усиление регулирования уменьшает свободу. Нельзя одновре́менно ослабить или усилить и то и другое. Да, регулированием можно искусственно ослабить или усилить одну из конкурирующих сторон, тем самым оживив конкуренцию, но это будет уже не свободная, а искусственно простимулированная конкуренция, и, как показывает практика, монополии вполне успешно сопротивляются такому вмешательству.

Во-вторых, конкуренция не всегда сдерживает эншитирование. Продемонстрируем это на следующем реальном примере. В Англии с начала XVIII в. существовали двоякого рода булочники: «full priced», продающие хлеб по его полной стоимости, и «undersellers», продающие его ниже стоимости. Вторые, согласно отчёту (1862 г.), составляли в Лондоне более 3/4 общего числа булочников. Эти undersellers продавали почти исключительно хлеб с примесями квасцо́в, мыла, поташа́, извести, каменной муки и др. Full priced жаловались на undersellers, но что привело к такому положению? Свободная конкуренция. В 1863 г. «свободное» до того времени пекарное производство подчинили госнадзору [3, с. 185, 261—262].

В-третьих, и это главное, конкуренция с необходимостью ведёт к монополии: «свободная конкуренция порождает концентрацию производства, а эта концентрация на известной ступени своего развития ведёт к монополии» [9, с. 315]. Когда в сфере IT складываются монополии, это бьёт по конкуренции, отчего та не уничтожается, но сильно деформируется [9, с. 385—386, 320—321], и никакое антимонопольное регулирование не спасает. Возникает так называемый Big Tech. Возврат к прежним формам конкуренции невозможен. Монополистический капитализм не может быть превращён обратно в капитализм свободной конкуренции. Либералы об этом мечтают, мечтают о «свободной», «мирной», «честной» конкуренции, но их мечты останутся только мечтами, т. к. противоречат логике общественного развития [9, с. 322, 305, 411].

Доктороу очень глубоко и верно понимает роль Интернета. Однако он заблуждается, думая, что эншитирование Интернета и крупных коммерческих платформ в условиях капитализма можно обратить вспять. Это невозможно по вышеизложенным причинам. Доктороу понимает, что корпорации воспринимают нас как сырьё и воспринимать по-другому никогда не будут. Удивительно, что, понимая это, он видит выход в том, чтобы добиваться от них справедливого отношения к пользователям. Тем более смешно слышать, что это можно сделать посредством принятия закона сейчас, когда все режимы соревнуются в принятии законов, ограничивающих свободу в Интернете. К тому же надо помнить, что законы выражают лишь волю господствующего, т. е. буржуазного, класса [2, с. 443].

А вот что действительно возможно и нужно сделать, так это уйти с этих несвободных платформ, удалить несвободное ПО и пользоваться платформами, сервисами и системами, основанными на FOSS (свободном и открытом ПО) и не подчинёнными капиталу. Или, правильнее сказать, они подчинены капиталу не напрямую, а лишь тем, что они наполнены преимущественно безыдейным содержанием; но это поправимо, и если это поправить, то их совокупность и станет нашей «цифровой нервной системой». Отметим также, что разработчики FOSS сотрудничают, а не конкурируют.

Этот переход потребует труда, терпения и жертв, но они окупятся с лихвой. Однако «нормисы» с ним не справятся. Если же движение FOSS начнёт подстраиваться под нормисов, то оно не решит своих задач и выродится в обычный коммерческий проект. Поэтому, чтобы нормисы могли «присоединиться к вечеринке», они должны перестать быть нормисами и стать нормальными, культурными людьми, соблюдающими цифровую гигиену и разбирающимися в том, как пользоваться Интернетом, компьютером и телефоном безопасно.

Угрозы, стоящие перед человечеством, обозначены Доктороу очень точно, он не преувеличивает. Нам действительно грозит фашизм и гибель человечества в мировой империалистической войне, увертюру к которой мы сейчас наблюдаем в прямом эфире. Но борьба с фашизмом и борьба за мир, как и противостояние эншитированию Интернета, — это моменты борьбы с капитализмом, борьбы за его преодоление. Ведь эти явления представляют собой необходимый и естественный результат экономической основы буржуазного общества [8]. В шаге от этой истины и останавливается Кори Доктороу.

* Это забавное и озорное слово правильнее переводить как «оговне́ние» или «дерьмофика́ция», но тема очень серьёзная, поэтому я решил передавать его словом «эншити́рование».

• Doctorow C. Enshittification: Why Everything Suddenly Got Worse and What to Do About It. New York, 2025.
• Маркс К., Энгельс Ф. Манифест Коммунистической партии // Соч. 2-е изд., т. 4.
• Маркс К. Капитал, т. 1 // Там же, т. 23.
• Энгельс Ф. Положение рабочего класса в Англии // Там же, т. 2.
• Маркс К. Пальмерсто́н. — Физиология господствующих классов Великобритании // Там же, т. 11, с. 399.
• Энгельс Ф. Из фрагментов к работе «История Ирландии» // Там же, т. 16, с. 524.
• Маркс К. К критике политической экономии // Там же, т. 13, с. 6—7.
• Маркс К. Паупери́зм и свобода торговли. — Надвигающийся торговый кризис // Там же, т. 8, с. 387.
• Ленин В.И. Империализм, как высшая стадия капитализма // Полн. собр. соч. 5-е изд., т. 27.

Оставить комментарий можно с аккаунта в любой соцсети, входящей в Fediverse.

#enshittification #capitalism #CoryDoctorow #эншитирование #оговнение #дерьмофикация #КориДоктороу #капитализм